Скверные желания

Юрий Степанов делится пожеланиями и опасениями жителей краснодарской Дубинки по поводу предстоящей реконструкции Вишняковского сквера.

Мою соседку с первого этажа Капитолину Андреевну боятся юные «оккупанты» окрестных лавочек и мэры Краснодара. Она старшая дома, если вы понимаете, что это такое. Служба безопасности и Госстрой в одном флаконе. Я таких выдающихся людей всего двух знаю — Феликса Эдмундовича и Капитолину Андреевну. И у него, и у нее — холодная голова и горячее сердце. Оба универсалы в методах воспитания взрослых и ликвидации детской беспризорности.

Возвращаясь с работы, был перехвачен у подъезда ее боевым отрядом местных активисток пенсионного возраста, считающих, что если вечером рассказать чего важного соседу-журналисту, то поутру распечатка разговора в трех экземплярах будет лежать у Путина на столе.

Встревожила почтенных матрон-управдомов, на активности которых держатся порядок в районе и все коммуникации в наших «хрущобах», предстоящая реконструкция соседнего Вишняковского сквера. Того, который с Ильичом.

Этот сквер для нашего уголка Краснодара, пожалуй, главная зеленая зона. Все происходящее в ней сразу примечается аборигенами. Не остался незамеченным и случившийся на прошлой неделе визит в сквер отряда серьезных мужчин и женщин в необычном для вишняковских джунглей камуфляже типа «белый верх, темный низ». Тем паче, что под их приезд в сквер завезли мольберты с нереальной красоты чертежами предстоящей реконструкции.

 

Фото Юрия Степанова

Эти-то чертежи и впечатлили местный актив настолько, что бабушки хотели высказать все об этом прямо главе города Евгению Первышову. Думали поймать мэра во время объезда, но не сложилось. Вот и выложили все мне.

Я же, откопав в Интернете предложенный план реконструкции нашего любимого сквера, понял, что все опасения, высказанные моими умудренными жизнью соседками, небеспочвенны.

Итак, по порядку. Главной болезнью проекта реконструкции сквера, выражаясь медицинской терминологией, я бы назвал «синдром Версаля». Ландшафтные архитекторы сделали все, чтобы их разработка хорошо смотрелась с высоты полета квадрокоптера. Но мы же не птицы!

Мы — аборигены — глядим на все это с уровня ручки детской коляски, бечевки санок, поводка пекинеса. Нам желанны следующие за многолетними маршрутами «гуляльщиков», прихотливо извивающиеся тенистые дорожки. Проект же предлагает сомнительные прелести широченных (в нашу-то жару!) «першпектив». Но ведь мы все равно протопчем тропинки так, как удобно нам, а не архитекторам. И озеленители каждый год, чертыхаясь, будут их перекапывать, возвращая девственность газонам. А ведь есть многолетние традиции русского парка. Не обязательно расчерчивать внутреннее убранство зеленой зоны с помощью линейки и циркуля. В неправильности тоже есть своя прелесть.

 

Нам дороги тенистые уголки, скрывающие ветхие скамейки от палящего солнца. О скамейках ни я, ни мои соседки плакать не будем. А вот то, что немалая часть лавочек на макете будущего сквера большую часть летнего дня будет раскалена, как мангалы, — это грустно.

И неплохо бы подумать, как сохранить побольше старых деревьев. Проект предлагает чересчур идеальные аллеи куцых дизайнерских «шариков». Нет, новые деревья нужны, но что-то, глядя на макет, я вижу слишком мало развесистых старожилов, часть из которых, поди, еще Ленина застали живым.

Кстати, насчет Ленина. Нам дорог этот немного смешной, как картины Пиросмани, наивный монумент. Как иначе? Предки некоторых моих соседок в окрестностях главной железнодорожной станции Кубани живут уже более ста лет. Многие из местных жителей хорошо знают местных жителей, которые помнили местных жителей, которые в 1925 году устанавливали на постамент в сквере бетонного В.И. Ульянова. Между прочим — старейший на сегодня памятник Ленину на Кубани. Местным этот маленький пятачок дорог не только как память, но и как памятник. Памятник их юности.

 

Фото Юрия Степанова

Фигура вождя еще ничего, держится. А вот кирпичный оштукатуренный постамент с барельефом, воспевающим рядовых строителей коммунизма, после каждого дождя теряет людей. Когда моей старшей дочке было три года, она игралась кусками революционного матроса. Совсем недавно, пока памятник не огородили, мой младший сын переехал на самокате ноги упавшего с высоты рабочего. А может колхозницы. На планах реконструкции памятник выглядит невзрачной запятой. Скамейки и то прорисованы лучше.

Нам совсем не дорог помятый металлопрофиль, которым много лет назад отгородили треть сквера, пообещав возвести, наверняка, очень нужную для Краснодара гостиницу. Про законность этого решения даже говорить не буду. Всем понятно, что откромсать кусок парковой зоны, спилить деревья и впихнуть вместо них убогий фундамент можно только руководствуясь очень важными целями общегосударственного значения. И вроде город и край сейчас судятся, возвращая «откушенные» участки Вишняковскому сквера. Но как же вяло. Много лет «зазаборная» территория так и не построенного (никогда не думал, что буду так радоваться кризису) отеля привлекает местных и пришлых маргиналов. Ну, вы понимаете? Пива рядом целый гипермаркет, а вот с туалетами в округе как-то не очень.

В связи с этим несостоявшаяся стройплощадка много лет включена в график дежурства местных ППСников. Однако, беря пример с американских коллег, наши полицейские сквер не обходят, а объезжают. По вечерам мамочки с колясками на дорожках виртуозно уворачиваются от патрульных машин, соблюдающих режим светомаскировки, чтобы не спугнуть нарушителей общественного порядка. Они, кстати, такие не одни. В глубине сквера, примыкая к железной дороге, каким-то чудесным образом существует огромный двухэтажный частный дом. Люди там обитают деятельные и небедные. Во всяком случае, три или четыре машины у них во дворе не помещаются, поэтому паркуют их они на газонах сквера. К своему обиталищу они ездят по грунтовке, проложенной среди деревьев. Любопытно, какая судьба проектом реконструкции сквера уготовлена им? На макете проезда к особняку ни я, ни мои соседи не разглядели.

 

Фото Юрия Степанова

Ах да! Дяденьки градостроители, оставьте нам, пожалуйста, горку. Их немного осталось в Краснодаре – тех, с которых зимой можно безопасно скатиться на санках или ледянках. Наша горка упирается в ограду сквера, и родители могут бесстрашно отпускать на нее детей. На макете не видно, сохраните ли вы ее в целости при перепланировке. Вспомните, дяденьки архитекторы, одни из главных волшебных мгновений детства: попинать ногами полированный каштан, ойкнуть от вида богомола, поваляться в опавших листьях и… чебурахнуться с санок в снег.

Вишняковский сквер — то место, в котором это доброе колдовство пока еще есть.

Вернуться на ленту