• 18+
Знай наших: Федор Щербина — нигилист, не принявший революцию

13 февраля исполняется 170 лет со дня рождения Федора Щербины — российского статистика, кубанского историка и публициста.

Из семьи священника в нигилисты

Федор Андреевич Щербина родился 13 февраля 1849 года в станице Новодеревянковской в семье священника Богородицкой церкви. Когда Федору было три года, умер его отец. Мальчик остался на попечении матери и прабабушки Шишчихи. Именно она — идеализировавшая старину и запорожские традиции «казачьего народоправства» — во многом определила ценностную шкалу будущего историка.

В 1861 году Федора Щербину за казенный счет как сироту отдали учиться в Духовное училище Екатеринодара. В городе на двенадцатилетнего мальчика сильное впечатление произвел деревянный собор Воскресения Господня. Позже в своих трудах Щербина часто и подробно будет описывать русское деревянное зодчество. Также хорошо он запомнил и 12 сентября 1861 года — день посещения Екатеринодара императором Александром II.

После училища, в 1866 году, Федор поступил в Кавказскую духовную семинарию в Ставрополе, где проникся идеями народничества. Первой книгой, сильно изменившей его мировоззрение, стала «Что такое прогресс» Н.К. Михайловского. Дальше пошли — Белинский, Писарев, Чернышевский. Идеология народоправства стала спутницей Щербины всю жизнь, а из трудов Писарева он позаимствовал еще и идеи нигилизма.

Результатом чтения запрещенной литературы стала попытка воплотить почерпнутые идеи в жизнь. В 1869 году Щербина участвует в создании ассоциации из семинаристов в кубанской станице Бриньковской. По сути это была коммунистическая артель, в которой каждый занимался своим делом. Щербина освоил столярное ремесло — работал на верстаке и строгальной доске. Артель просуществовала 2,5 года, после чего, «насытившись коммунистическим трудом» и разочаровавшись в коммунистической идее, молодые люди ее распустили.

Революционер за казенный счет

Жизнь в станице Бриньковской дала Щербине не только навыки столяра, но и обширные наблюдения за сельским бытом, которые он изложил в опубликованной в «Кубанских областных ведомостях» в 1872 году статье «Из станицы». Начинающий публицист отметил рост пьянства среди станичников, внес предложения об организации работы питейных заведений и установлении контроля над ними властей как для снижения пьянства, так и для увеличения поступлений в казну. Это была первая публикация Щербины, и на нее обратил внимание сам наказной атаман М.А. Цакни, вызвавший автора на прием.

При личной встрече Щербина произвел на атамана настолько хорошее впечатление, что тот отправил молодого нигилиста в Москву — учиться за казенный счет в Петровско-Разумовской землевладельческой и лесной академии. В академии Щербина проучился только год, после чего был вынужден уйти. Причиной отчисления стало написанное им письмо-жалоба в министерство на злоупотребления в академии и бездействие руководства. После этого сам директор настоятельно предложил борцу за справедливость покинуть академию.

На следующий год Щербина поступил на физико-математический факультет Новороссийского университета в Одессе, где продолжил учиться за счет стипендии от Кубанского казачьего войска.

Во время учебы в Одессе Федор, взгляды которого в ту пору можно было определить как «революционное народничество», примкнул к нелегальному Южнороссийскому союзу рабочих, вел революционную агитацию среди рабочих, завел знакомства с террористами «Народной воли» и в итоге попал в поле зрения полиции.

Весной 1876 года Щербина задержан по доносу полицейского информатора и провел под арестом два месяца. Вышел благодаря выплаченному будущим тестем залогу, но уже осенью снова оказался в тюрьме — на этот раз по подозрению в убийстве. В Одессе был убит полицейский информатор, по доносу которого Щербину задерживали первый раз. Естественно, Щербина же стал и первым подозреваемым. Обвинения были сняты через месяц, и задержанного отпустили.

В эти же годы Щербина активно занимается публицистикой, становясь к лету 1876 года постоянным автором «Киевского телеграфа».

От ссылки до наград государя

В марте 1877 года активная пропагандистская деятельность Щербины приходит к ожидаемому концу. Его влияние на одесское общество признается вредным. Распоряжением министра внутренних дел империи месяц назад женившегося Щербину высылают в Вологодскую губернию под надзор полиции. Супруга добивается разрешения присоединиться к нему, после чего до конца 1880 года они живут в Усть-Сысольске.

Лишь в 1881 году тесть Федора Щербины добивается разрешения министра внутренних дел вернуть зятя из ссылки. С Федора Андреевича снимают полицейский надзор, но запрещают селиться в Санкт-Петербурге, Москве, Таврической и Херсонской губерниях. Щербины возвращаются на Кубань, где вчерашний ссыльный устраивается работать в Кубанский статистический комитет.

Три года на Кубани Щербина посвятил статистико-экономическому изучению региона. Итогом стал труд «История земельной собственности у кубанских казаков», вышедший в 1883 году. Среди прочего научная работа утверждала, что в Запорожской Сечи не было такого имущественного расслоения, как на Кубани. Что на Кубани расслоение в среде казаков резко усилилось, когда в 1842 году «панам-офицерам» раздали лучшие земли, и продолжилось в 1870 году, когда землю стали давать в потомственное пользование.

В 1884 году Федор Андреевич переезжает в Воронеж, где занимает должность статистика в Воронежском губернском земстве. Здесь он активно пишет книги — «Очерки южнорусских артелей и общинно-артельных форм» (1884), «Крестьянское хозяйство в Воронежском уезде» (1884), «Крестьянское хозяйство в Острогожском уезде» (1887). Здесь же по заказу Кубанского казачьего войска он пишет самый известный свой исторический труд — «Исторический очерк Кубанского казачьего войска». Этот очерк Щербина написал для сборника Е.Д. Фелицына «Кубанское казачье войско». Сборник был издан в Воронеже в рекордные сроки — за два месяца.

Причина столь поспешного выпуска сборника — ожидаемый визит на Кубань императора Александра III с царевичем Николаем, которому, по свидетельству очевидцев, сборник понравился. За работу над сборником император пожаловал Фелицыну золотые запонки с бриллиантами, а Щербине — бриллиантовый перстень. Позже при общении с полицией и жандармерией Щербина всегда вместо документов предъявлял императорский перстень.

Создатель российской статистики

Воронежский период был для Федора Щербины очень плодотворным. За эти годы он издал множество исторических трудов и работ по статистике. В 1889 году выходит его труд «Земельная община кубанских казаков». В 1891-м — «История воронежского земства», за которую он получил полную премию имени императора Александра III. Популярность и известность Федора Щербины стремительно росли. С него сняли ограничение, разрешив жить в Москве (правда, он продолжал работать в Воронеже).

Рос Щербина и по карьерной лестнице — он стал помощником (заместителем) председателя статистического комитета Воронежской губернии, получил золотую медаль Статистического отделения Русского географического общества.

В 1897 году выходит статистическая работа Федора Щербины «Сводный сбор по 12 уездам Воронежской губернии». Для статистов того времени труд стал методологией, а Щербину признали основоположником русской бюджетной статистики.

С 1896 по 1900 годы каждое лето Щербина руководил экспедицией по изучению быта кочевников на территории нынешнего Казахстана. Экспедиция собрала 13 томов ценнейших статистических данных, позволяющих прогнозировать и планировать экономические процессы в кочевых сообществах. Экспедицией Щербина руководил по рекомендации Николая II — в ту пору еще наследника престола. А в 1903 году снова был отправлен в ссылку.

Друг Короленко и Петлюры

Ссылке предшествовало постановление Воронежского губернского комитета по сельскохозяйственным нуждам о необходимости конституции в России. Оно было инициировано Щербиной (в ту пору ни много ни мало — заведующим земским статистическим отделением думской управы Воронежской губернии) и стало первым в империи. После этого Петербургское Особое совещание признало Щербину политически неблагонадежным, а министр внутренних дел выслал его на пять лет под надзор полиции в Джанхот. Там, под Геленджиком, у Щербины была построена дача.

В Джанхоте он знакомится и заводит дружбу со своим соседом — писателем В.Г. Короленко. Получает заказ на написание истории кубанского казачества. Заказ поступил от наказного атамана Маламы. Начинает собирать материалы для книги, привлекая к работе в архивах несколько помощников.

Одним из этих помощников был будущий украинский националист Симон Петлюра, также находившийся тогда в ссылке на Кубани. Впоследствии Щербина всегда пытался обелить своего бывшего помощника, выставить его в более приглядном свете, усматривая в Петлюре «правдивость и казачью демократическую струнку».

Находясь в этой же ссылке, он стал гласным (депутатом) Новороссийской городской думы от рабочих, избран членом-корреспондентом Императорской Академии наук, стал одним из организаторов и первым председателем Черноморского земства. А после революции 1905 года, в 1906-м, был избран председателем Войсковой рады, восстановленной спустя 134 года после расформирования. В том же году примкнул к эсеровскому крылу народных социалистов, а в 1907-м был избран от казачьего сословия во вторую Государственную Думу, где возглавил казачью фракцию. После этого на несколько лет ушел в политику, почти забросив научно-историческую работу.

Провал «Истории»

Первый том «Истории Кубанского казачьего войска» вышел только в 1910 году. Встречен он был резко отрицательно. Общий смысл критики сводился к следующему: «Щербина стал врагом казачества, а свою книгу пропитал социал-демократическим духом». Обвинения были не беспочвенными — при написании «Истории» Щербина замаскированно излагал свои революционные убеждения, выставляя казачью аристократию в неприятном виде. Многие критики отмечали, что из-за желания автора высказать свои взгляды страдала историческая достоверность. Рецензент В. Карцов вообще назвал труд «пародией на историю».

Вторая волна критики началась, когда книгу прочитали донские казаки. Щербина упоминает их архивы как источник сведений. Донцы же замечали, что таких сведений у них в архивах быть просто не могло.

Несмотря на шквал критики, обрушившейся на первый том, Федор Щербина в 1913 году выпускает вторую часть «Истории». Ее приняли еще хуже, чем первую. Автора обвиняли в «местечковости», в ограниченности подачи информации, и во многом эти обвинения были обоснованны. Труд не приняли ни в научных кругах, ни даже среди политически ангажированных групп — история не нашла поддержки ни у монархистов, ни у эсеров, ни у большевиков. После этого вплоть до Февральской революции Щербина публиковал только статьи в газетах.

 Революция приводит в эмиграцию

Февральскую революцию Щербина принял положительно, но, когда к власти пришли большевики, его реакция поменялась. Он срочно пишет «Катехизис русского гражданина», в котором пытается обосновать преимущества народоправства, народничества над идеями большевиков. Активно продвигает идеи федеративного устройства страны, сближаясь с националистическими элитами окраин империи. Делает публичные провокационные заявления о необходимости предоставления независимости Финляндии, Польше и Украине. Позже, в статье «Законы эволюции и большевизм», Щербина откровенно ругает большевиков за жестокость при сохранении границ России — то есть за то, что они не дали стране развалиться. В этом проявляется та же наивная влюбленность Щербины в идеальное «народоправство» (существовавшее в восприятии Щербины в Запорожской Сечи), из-за приверженности которому он старался обелить даже Петлюру. 

Памятник Федору Щербине в Краснодаре. Фото Николая Хижняка, «Кубань 24».

Когда в Екатеринодар пришли красные, Щербина ушел с белыми за Кубань. Потом вернулся в город с деникинцами. Писал в местной прессе заметки о бесчинствах Гражданской войны на Кубани, не скрывая жестокости как белогвардейцев, так и большевиков. Признавал, что за год войны число станиц, поддерживающих большевиков на Кубани, утроилось. С окончательным приходом красных на Кубань Щербина перебирается в Прагу.

В Чехии он много лет преподавал в Пражской сельскохозяйственной академии, вел общественную и преподавательскую работу, издал несколько научных трудов и множество публицистических статей в эмигрантской прессе. За счет своих доходов помог получить высшее образование более чем двум сотням детей русских эмигрантов. Умер Федор Андреевич Щербина 28 октября 1936 года в Праге. Похоронен на Ольшанском кладбище в усыпальнице русских эмигрантов.

При подготовке  использованы материалы книги В. Бардадыма «Радетели земли Кубанской».

Загрузка...