Служи — не тужи: как век назад провожали в армию

В России 1 октября стартует осенний призыв. Интернет-портал «Кубань24» рассказывает, как до революции на Кубани провожали станичников на службу.

Казак призывался на службу в 17-19 лет. В разные годы действовали разные нормативы, кроме того, достигшего призывного возраста казака могли призвать и позже — по необходимости, но в целом возраст призыва казака на действительную службу совпадал с сегодняшним — 18 лет.

Накануне проводов юноша освобождался от любых хлопот по хозяйству, а если работал, то и на рабочем месте получал послабление и сокращенный рабочий день: «нэхай трошки погуляе пэрэд армией». На что призывники тратили это время? Как и их современные сверстники — общались с друзьями, с кем предстояла разлука.

Сами же проводы проходили в два дня. В первый день — «обед» или «ужин», на второй день с утра — «выряжание» призывника. Приглашенные гости одаривали его бытовыми предметами, которые пригодятся на службе: бритва, мыло, полотенце и тому подобное. Общими усилиями собирали «торбу» будущему воину.

Фото Николая Хижняка, «Кубань 24».

За столом на проводах призывник сидел между матерью и невестой. Если невесты не было, приглашали соседскую девушку или просто знакомую. Но девушка, «провожающая на службу», должна была быть обязательно.

Застолье не подразумевало веселья, ведь предстоит расставание и неизвестность. Во многом станичный обряд проводов напоминал свадьбу или даже похороны: те же самые плач, украшение платочками, тематика исполняемых песен.

Мать перевязывала сына крест-накрест двумя полотенцами, приговаривая: «Служы — нэ тужы», «Пэрэвьяжу тэбэ пичальныком, шоб був ты начальныком». Крестная мать надевала на шею призывника крестик. А невеста цепляла на грудь вышитый ею собственноручно платочек, а на правую руку повязывала полотенце. После этого все приглашенные девушки «уквичалы» парня платочками. Прикрепляли платочки и на головной убор призывника. Платков было так много, что иногда за ними не было видно одежды.

Платочки несли пожелания хорошей и счастливой дороги, благополучного пути. Полотенце также символизировало дорогу. А в целом, в общем посыле ткань означала жизнь. Чем больше ткани на призывнике, тем больше жизни.

В некоторых станицах невеста крепила на грудь парня цветок, что сближало обряд проводов со свадьбой. Этим девушка напоминала любимому о предстоящей по возвращению со службы свадьбе.

Повязанное невестой на правую руку полотенце мать призывника хранила до возвращения сына, а после, если они женились, то вручала им на свадьбе.

После подвязывания платочков и полотенец, новобранцу вручали узелок с родной землей и талисман — какая-нибудь вещь из родного дома, дорогая сердцу призывника. В качестве талисманов использовались нательные кресты, ладанки из приходской церкви или другие святыни.

От бабушки или матери вручалась написанная от руки молитва, чаще всего «Отче наш», которую зашивали в подкладку головного убора.

Фото Николая Хижняка, «Кубань 24».

На застолье звучали напутственные речи. Их произносили по старшинству, начинали с дедушки и отца призывника. Если у парня не было отца и дедушки, первым речь произносил крестный отец. Позже взрослые мужчины начинали рассказывать новобранцу в назидание случаи из своей службы. После пели песни. Застолье продолжалось допоздна, а утром все собирались заново для «выряжанья» и выхода новобранца из родного дома и со двора.

Поутру крестная мать вручала казаку иконку — чаще всего Николая Чудотворца — тем самым благословляя парня на службу. Пожилые люди при этом читали молитвы. Призывник выходил из хаты первым, затем шли его родители, следом — все приглашенные. По традиции провожаемый должен был что-нибудь забыть дома и вернуться, после чего мать выводила его уже окончательно. Соблюдая ритуал, вела она его за платочек. За один край ткани держалась мать, а за другой — отправляющийся на службу казак.

Хотя и существует поверье, что возвращаться — плохая примета, в этом случае ритуальное возвращение должно было поспособствовать удачному возвращению уже с реальной службы. При этом выходить из дома полагалось спиной вперед, поочередно закрывая за собой двери. Дом новобранец должен был запереть, а ключ отдать родителям.

Во дворе призывника брали под локти и выводили за калитку так же, спиной вперед. Как ушел — так вернется. Лицом к дому.

Фото Антона Гарника, «Кубань 24».

Путь от дома до места сбора обязательно шли пешком. При этом внимательно следили, чтобы по пути никто не попался с пустым ведром. Также плохой приметой считалось, если первой встречной будет женщина, а не мужчина.

Все это время новобранец оставался в полотенцах и платочках, повязанных ему. По дороге к сбору призывников обязательно пелись песни, по традиции, грустные и печальные. Позже появилась еще одна традиция: сфотографироваться по дороге от дома до места сбора. Чтобы в каком составе расставались, в таком и встретиться.

По прибытии на место сбора или вокзал, новобранцу давали последние наставления, выпивали «по чарци», «на коня». После этого призывник снимал с себя все повязанные на него полотенца и платочки. Их он оставлял у себя, а полотенца отдавал матери на хранение в укромном месте («в скрыне») до возвращения.

Фото Михаила Чекалова, «Кубань 24».

В первые декады советской власти традиция многолюдных и торжественных проводов в армию на Кубани была подзабыта, но после Великой Отечественной начала возрождаться. Этому способствовал послевоенный рост престижа армейской службы и военных в глазах общества. В кубанских станицах и сегодня можно встретить элементы дореволюционного обряда при проводах в армию.

Подготовлено по материалам книги П. И. Ткаченко «Кубанские обряды», Краснодар, издательство «Традиция», 2010 год.

Вернуться на ленту