Семь уютных мест на Красной, которые мы потеряли

«…Одним махом семерых убивахом». Из сказки братьев Гримм «Храбрый портняжка».

В этом году мэрия Краснодара деловито взялась за реконструкцию парков, скверов и прочих мест, где можно слегка отдохнуть от ароматизированного выхлопными газами воздуха почти официально признанного города-миллионника. Появился даже первый в России частный парк при новеньком красавце-стадионе имени Сергея Николаевича. И это хорошо. Но… Ох уж это неприятное «но».

Но давайте вспомним про те милые местечки улицы Красной, которые хранит наша память и память наших бабушек и дедушек, но которые уже никогда не увидят наши дети. Они были стерты с лица земли за последние 26 лет. И теперь остались только на фотографиях.

Звериный оскал отечественного капитализма оказался снабжен еще и бездонным желудком. Под напором многочисленных «Иванов, родства не помнящих», но отлично затвердивших цены на квадратные метры в центре города, пали сразу несколько уютных уголков, знаковых для краснодарцев со стажем. Это были своего рода стратегические точки, где путешествующий по главной улице столицы Кубани человек мог в хорошем смысле протянуть уставшие ноги. Или жарким днем просто отойти чуть в сторону от мостовой, остановиться и постоять в прохладе.

Конечно, скамеек на краснодарском «бродвее» хватает и сейчас, но при советской власти они были распределены как-то равномернее. По науке, так сказать. А вот в XXI веке их на Красной ставят там, где осталось свободное место, еще не застроенное магазинами и заведениями общепита.

Когда я был маленьким, у меня тоже была бабушка… Этими словами товарища Дынина из «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен» я хочу начать делиться с вами потерянными уголками Краснодара моего детства. Именно в этих местах останавливалась отдышаться моя бабушка, с которой юный я ходил кататься на каруселях в парк культуры и отдыха имени Максима Горького (это нынешний Городской сад, если что).

Вместо сквера суд и храм

Т-образный перекресток улиц Тельмана (Постовой) и Красной в моем детстве был огромным сквером с целым каскадом маленьких фонтанчиков, с мостиком, перекинутым через небольшой пруд, и кучей скамеек. На них, разложив на газете яблоки и бутерброды, мамы из всех уголков Кубани кормили юных пациентов детской краевой больницы. Я захворавшим ровесникам очень завидовал — внеплановые каникулы как-никак.

В сквере были очень интересные фонари, которые напоминали мне голову железного дровосека из книжек Александра Волкова про волшебника Изумрудного города. А водяные струи фонтанов походили на грибы волнушки. В конце 80-х годов они иссякли, квадратную плитку по ночам начали растаскивать мародеры со стороны улицы Короткой, фонари побили любители сообразить на троих в тени давно не стриженых кустов.

В 2003 году молодой губернатор Александр Ткачев принял решение отдать часть территории под восстанавливаемый войсковой Александро-Невский собор. Сквер уменьшился в два раза. На реконструкцию остатка зеленой зоны денег не нашлось. А потом и этот уютный участок присмотрело под свои нужды руководство краевого Арбитражного суда. Место-то намоленное — при царской власти в начале Красной стоял окружной суд. В 2017 году люди в мантиях въехали в новое здание. О погибшем сквере теперь напоминают лишь пара-тройка старых деревьев у фасада.

Вместо розария еще один суд

Хочется думать, что это случайность, но на еще одном месте, где моя бабушка любила нюхать шикарные розы, теперь тоже стоит новое здание суда. Только краснодарского краевого. Раньше слева от библиотеки имени Пушкина был целый квартал прорезанной тропинками травы, росло несколько деревьев и кустов, а в лучшие времена был еще и огромный цветник. Правда, в 90-е годы он напрочь захирел.

Я же помню его лучшие годы, когда три приподнятых над тротуаром, облицованных белым камнем прямоугольных «грядки» в зависимости от сезона наполнялись тюльпанами или дубками-хризантемами. Сейчас вместо колючих стеблей «бабушкиных» роз на Пушкинской площади ввысь устремлены девять гладких неживых колонн судебного «парфенона».

Вместо фонтана магазин

Вторым после каруселей детским удовольствием по праву считается… Правильно, мороженое! Запотевшая вазочка из нержавейки с 200 г вязкого шоколадно-сливочного восторга ждала меня на углу Красной и Гоголя. Умаявшаяся на жаре бабушка брала себе молочный коктейль, половина которого доставалась вы знаете кому. А к мороженому в летнем кафе «Холодок», которое я, как и большинство маленьких горожан, называл «Одуванчик», прилагался… самый настоящий фонтан. В форме одуванчика.

А еще там стояли автоматы с газировкой. Три копейки с сиропом, копейка — без. В постперестроечные годы «Холодок» превратился в «Ритм». А потом золушка превратилась в тыкву. Точнее, в пафосный четырехэтажный магазин со странной архитектурной нашлепкой наверху — то ли ротондой, то ли нимбом.

Вместо газона торговый центр

Когда моя бабушка была в настроении, то мы не садились на трамвай на углу Горького, а шли дальше. Я очень любил этот перекресток. Мой папа был офицером, и здесь располагалась военная комендатура, отдежурить в которой энное количество раз должен был каждый военнослужащий краснодарского гарнизона, имеющий звездочки на погонах. На время этого служебного задания отцу выдавали настоящий пистолет. И, если мы с бабушкой заходили его навестить, он, предварительно вынув обойму и передернув затвор, давал мне подержать обалденно пахнущий смазкой «макаров».

А бабуле это было неинтересно (как это может быть неинтересно, до сих пор не понимаю?!). Она ждала меня снаружи у треугольного газона с купленной в «Союзпечати» газетой. Через неколько лет здесь построили кафе с классными разноцветными камушками, вдавленными в бетон. Боже, как же мне их хотелось отковырять.

А потом все это снесли, вырыв огромный котлован для еще одного остро необходимого городу торгового центра. Рядом отгородили платную автостоянку. Ладно хоть пощадили скверик наискосок, где сейчас установлен памятник казачьему эпистолярному жанру — письму турецкому султану.

Вместо скамеек реклама

Телефона дома у нас не было. Поэтому, чтобы поговорить со своей родней из Твери или Брюховецкой, мы с бабушкой ходили на переговорный пункт на перекрестке с Пашковской. Разговор заказывался за день до этого из таксофона у соседнего дома. Две копейки это стоило, если помните. Иногда время переносилось. Ждать назначенного срока внутри было душно, поэтому мы перемещались на необычные полукруглые скамейки микроскопического скверика.

Ели новороссийское мороженое в вафельных рожках по 15 копеек. За ним надо было выстоять очередь  у ларька возле кинотеатра «Россия», который, кстати, тоже не пережил новые времена. Бабуля лакомство ела вдумчиво. Я же его буквально вдыхал, чтобы претендовать на самое вкусное — кончик бабушкиного рожка.

О скамейках, на которых можно было глядеть друг другу в глаза, теперь напоминает нижний краешек единственной фотографии, которую удалось найти. Теперь на этом месте огромный светодиодный экран.

Вместо клумбы фонтан

На площадь Октябрьской революции (ныне Театральная) мы с бабушкой обычно попадали, когда она со своей подругой доставала (не покупала, а доставала!) по случаю билеты на нашумевший спектакль. За компанию в Драмтеатр попадал и внук — меня приучали к прекрасному. На Сенном базаре старушки покупали на двоих букет цветов.

Потом, если было тепло, они сидели на парапете огромной клумбы. Ругали спекулянтов с Колхозного рынка. Сравнивали розы напротив театра с купленными цветами. Лучшие — чайные и ремонтантные — естественно, росли у бабушки на даче.

Сейчас вместо клумбы шикарный фонтан и деревья в бетонных кадках. И знаете, этот тот случай, когда я почти не сожалею об утрате. Скамейки гораздо удобнее, чем керамическая облицовка старой клумбы. А водные струи дают гораздо больше свежести, чем колючие кусты.

Вместо вазонов забор

На угол Красной и Хакурате мы с бабушкой ходили чинить часы. У нее их было много. Три штуки она по очереди носила на правой (я перенял эту привычку от нее) руке. В коридоре куковали ходики, в «телевизорной» стояли настольные часы, а в кухне подслеповато моргала цифрами по ночам первая советская светодиодная «Электроника». Некоторые горожане, когда на Северной появился новый Дом быта, изменили старому на Хакурате. Но не моя бабушка. Мне кажется, что ей нравился седой часовщик, который считался одним из лучших мастеров в городе. А мне нравились ступенчатые террасы с цветами, в которые был превращен цоколь здания. На них можно было сидеть, по ним, как по лестнице, можно было скакать. И вообще, глядя сверху на прохожих, я чувствовал себя «царем горы». И немножечко царем (председателем горисполкома) своего Краснодара.

Старый Дом быта прослужил своему городу чуть более 45 лет. В 2015 году его снесли. Теперь здесь забор. Ходили слухи о 15-этажном жилом доме или очередном офисном здании. В общем, это уже не интересно. А может, случится чудо и новый хозяин земельного участка, уничтоживший кусочек моего детства, прочитает эти слова и закажет озеленителям хороший проект? Чтобы у сегодняшних ребятишек, гуляющих с бабушками и дедушками по Красной, тоже было, что вспомнить. Впрочем, я почти уверен, что автопарковка для хозяина стройки окажется важнее цветов.

"Кубань 24" выражает благодарность сайту myekaterinodar.ru за фотографии.

Вернуться на ленту