Фонограмма сердца

Фонограмма сердца
Фото с сайта fr.de

«Кубань 24» продолжает серию публикаций очерков из книги Бориса Николаевича Шаповалова (1937-2018) о земляках, часть жизни которых пришлась на страшные годы Великой Отечественной войны. Эта драматическая история о десятилетней девочке из Белоруссии, которую вместе с другими детьми фашисты обрекли на тяжелый рабский труд в Германии.

Людмила Григорьевна Васильева (Симанович) родилась в 1932 году в деревне Осовник, что в Белоруссии, в междуречье Березины и Днепра. Когда началась война, отца призвали в армию, а старший брат Василий в это время служил под Ленинградом. Вместе с матерью остались три дочери. Их семью оккупанты признали партизанской, и Людмилу поместили в лагерь неподалеку от дома. Затем детей из этого лагеря перевезли в другой, но уже подальше. Потом — Германия, города Дессау, Карлслруэ, Чехословакия. 15 апреля 1945 года пришло освобождение. В 1951 году Васильева создала Краснодарское краевое отделение Российского союза бывших малолетних узников фашистских концлагерей.

— Война быстро прокатилась через наши края и ушла вдаль, на восток, вспоминает Васильева. — Спустя некоторое время в деревню вернулось несколько мужчин, и среди них отец. Обросшие, оборванные. Вскоре все мужчины ушли в лес, в партизанский отряд. Женщины вечерами при лучинах вязали носки, рукавицы. Часть отправляли в лес. Часть оставляли себе. Мальчишки собирали по округе брошенное оружие, прятали в соломе, в овинах. Немцы изредка наезжали, заставляли всех выходить в поле, собирать урожай. Мы, дети, срезали колоски, укладывали в машины в мешках. Так как партизаны минировали дороги, то немцы придумали: стали в бороны впрягать женщин и детей и боронить дорогу впереди машин с собранным хлебом. Многие тогда погибли там, подорвался таким образом и мой двоюродный брат Гриша. Было ему тогда 14 лет.

Облавы на партизан участились. Вначале каратели нас не трогали, а потом стали делать отбор: кого-то оставляли в деревне, а детей отправили в лагерь, который развернули в соседней деревне.

Весной опять нас стали отсортировывать: раздели догола, «продезинфицировали» какой-то вонючей жидкостью.

Фото с сайта media.canal3.md

Погрузили в вагон, где уже были женщины и дети. Одна из них, тетя Маруся с дочерью Алей, приняла меня к себе. Привезли в другой лагерь, разместили в нескольких бараках. После душа выдали металлические гребни, зубья у которых были как швейные иглы: заставили вычесывать вшей и гнид. После этого всех постригли наголо.

Потом у всех из мочки уха взяли на анализ кровь. На тыльной стороне ладони написали номер — 01. У кого был такой номер, тех часто водили в медпункт для забора крови. Проводили эксперименты над теми, кто переболел тифом, прививали повторно: узнать, есть ли иммунитет против возвратного тифа.

В лагере дети работали кто где. Меня послали на склад сортировать вещи, отобранные у узников, оставшиеся от умерших. Здесь были горы обуви, посуды, состриженных волос. Кружки, миски, ложки мы связывали по десять штук, обувь — по парам шнурками, ремешками. Рядом работали взрослые польки, чешки. Они сортировали украшения — бусы, броши, часы и т.п.

Вскоре нас ночью подняли и отправили в город Дессау, что на Эльбе. Там находился авиазавод фирмы «Юнкерс». Поставили работать подсобниками — принеси-подай, учили владеть рашпилем,. Ззатачивать края небольших алюминиевых пластинок, штамповать на станке. В выходные работали в лесу: собирали сучья.

И постоянно подвергались различным унижениям. Вспоминаю такой случай. Летом нам выдали соломенные шлепанцы без пяток, которые не держались на ногах. И вот один из них свалился с ноги у меня в туалет. Что тут было! «Достать!» Девочки привязали меня за ноги, и я повисла вниз головой, пытаясь крючком достать «обувь».

— Вашен, вашен! Шнель, шнель! — надзирательница орала, пока я мыла этот шлепанец. А пока он сох, я ходила босиком.

Вообще босиком ходить нам было не привыкать. Нас водили на работу на химзавод, который был за городом. Мы же были обуты в деревянные башмаки, которые сильно гремели по мостовой и не давали спать жителям. Поэтому, как только выходили из лагеря, следовала команда: «Шуги ап!» Снимали обувь и так шли босиком через весь город. Кстати, на этом заводе вырабатывали известный теперь всему миру газ “цЦиклон”.

Всезнайки-мальчишки сообщали, что фронт уже близко. Из Дессау нас отправили к границе с Чехословакией, километрах в трехстах. Самое теплое из одежды — старое одеяло. Но вот люди к нам относились хорошо. Частенько из окон бросали нам хлеб, галеты, перчатки и шарфы. Пришло освобождение. В город вошли американские войска...

Вернуться на ленту