Бриньковская: Спасение от холокоста

Бриньковская: Спасение от холокоста
Фото с сайта imena.onf.ru

Спустя 70 лет израильская семья нашла кубанскую женщину, во время войны спрятавшую еврейских детей от расстрела

Великая Отечественная война завершилась 73 года назад. За это время было так много написано, рассказано, собрано информации о самой страшной в истории человечества войне. Казалось бы, «белых пятен» уже не осталось. Однако и сейчас, спустя десятилетия, мы узнаем об изломанных человеческих судьбах, о подвигах солдат, оставшихся безымянными в Братских могилах, о храбрости и милосердии русских женщин.

В краеведческом музее Бриньковской его руководитель Татьяна Бутко может много вспоминать о героях, которые освободили ее родную станицу, о кровопролитных боях 7-9 февраля 1943 года. Две истории, рассказанные ею, о трагической судьбе солдата и еврейской семьи Горошкевич, получили свое продолжение уже в наши дни.

Письмо из Израиля

В 2015 году в администрацию Бриньковского сельского поселения, а затем и в музей за помощью обратилась гражданка Израиля, Елена Сергеевна Горошкевич (по отцу). Она разыскивала землячку бриньковчан — Екатерину Моспан. Позже уже в письме Елена Сергеевна рассказала о трагической судьбе своей семьи в годы Великой Отечественной войны и о том, как спустя годы начала поиски Е. Моспан...

«Здравствуйте, Татьяна Александровна Бутко! Выполняю свое обещание и сообщаю сведения о том, что случилось с нашей семьей во время войны. До нее мы жили в Днепропетровской. Отец — Горошкевич Сергей Платонович, мама — Копач Ревекка Иосифовна и трое детей — старшая Таисия, брат Яков и я, младшая, Елена. Родители работали бухгалтерами. Перед войной к нам в гости приехала бабушка Хана, и в таком составе мы встретили ее начало. Папу призвали в армию, и мы остались — мама с бабушкой и мы — дети.

Побег от смерти

Когда стало известно, как немцы поступают с евреями, мама решила, что нужно эвакуироваться. Мы двинулись вслед за нашей отступающей армией. Тася помнит, что плыли на каком-то судне по морю, и немецкие самолеты все время обстреливали нас, стараясь утопить. Еще она рассказала, что старшие все время плакали, и мы вслед за ними. Мама говорила, если что она нас — детей, обнимет и вместе погибнем. Мы с Яшей, конечно, ничего не понимали. А Тасе было уже 9 лет, и ей весь этот ужас пришлось пережить.

Старшая сестра помнит, что потом мы ездили по сельским дорогам на гужевом транспорте и таким образом попали в станицу Камышеватскую. Там жили около года, пока немцы не начали снова наступление, и мы по сельской дороге на быках доехали до станицы Бриньковской, где нас и застала оккупация. Нас пустила на квартиру жительница станицы Моспан Катя. В какое-то совсем раннее утро в дом пришли два местных полицая, которым стало известно, что мы еврейская семья. Забрали маму и нашу старенькую бабушку, а также хотели взять и нас - детей, чтобы уничтожить. Но Катя спрятала нас на своей половине, а также позвала других соседок. И они стали доказывать полицаям, что дети русские. Нас от полицаев отбили, и тем самым сохранили нам жизнь. А маму с бабушкой отвели на лиман и расстреляли.

Потом нас — детей, раздали в другие семьи местных жителей. Лично я об этом практически ничего не помню. Только один случай, когда в новом доме я как-то осталась одна и зашли два немца, стали требовать «яйки». Я очень испугалась и отдала им  яички, которые лежали под кроватью. Вот и все воспоминания.

Фото газеты «Приазовье»

Дети дома

Когда мы еще жили у Кати, то мама на всякий случай оставила ей адрес своей сестры Мнушкиной Раисы. Она в то время с мужем и дочерью Валентиной жила в городе Куйбышев, нынче Самара, а также фронтовой адрес отца. После окончания оккупации Катя написала о случившемся и на адрес тети Раи и на фронт отцу. Он к тому времени был ранен и находился в госпитале, но своим товарищам в армии также оставил адрес тети Раи на случай, если на его имя придет письмо. Так и получилось, что оба Катиных письма в один день пришли тете. Что было с ней, ее дочь Валя, которой к тому времени было 12 лет, до сих пор без слез вспоминать не может. Уже тетя Рая написала папе на фронт. Ему дали кратковременный отпуск, он приехал в вашу станицу, собрал нас, троих детей, и отвез к тете Рае, а сам вернулся на фронт. У тети Раи мы собственно и воспитывались.

Все в семье знали про Катю, часто вспоминали о ней, но ее письма как-то затерялись. Но несколько лет назад Валя, которая читала письма, неожиданно вспомнила, что фамилия Кати Моспан. И тогда я начала поиски. Обратилась в передачу «Жди меня». Но никакого ответа не получила. Я рассказала нашу историю одному знакомому, и когда у него в гостях были его московские друзья, то он попросил их помочь. И какая-то женщина, даже не знаю имени, прислала все номера вашей администрации и таким образом я вышла с Вами на связь.

Где-то еще в молодые годы я все порывалась съездить в станицу, но Тася почему-то этого боялась. Видимо, остался страх от пережитого. Отговорила она и меня. Я с ней считалась, так как она в какой-то мере заменяла мне маму. Ну вот пока все. Если будут вопросы, пишите. А у меня просьба прислать анкетные данные Кати, все, что о ней известно.

С уважением к Вам, Елена Сергеевна».

Праведник мира

Елену Горошкевич (по отцу) не ради любопытства интересовали анкетные данные Екатерины Моспан. Женщина решила добиваться того, чтобы в Израиле ей было присуждено звание Праведник мира. Удостаиваются его не евреи, которые в годы Великой Отечественной войны, рискуя собственной жизнью и своих родных, бескорыстно спасли от гибели одного или нескольких евреев.

К сожалению, встретиться с Екатериной Моспан Елена Сергеевна уже не смогла. Катя умерла молодой в 1949 году. У нее осталось трое детей - Лидия, Светлана и Владимир. Младших детей Екатерины вырастила ее мама.

Старшая дочь Лидия и сын Владимир уже умерли. А вот с дочерью Екатерины Светланой и внуками Татьяной и Владимиром Елене Сергеевне Горошкевич (по отцу) пообщаться удалось.

Чтобы узнать, чем завершилась эта история, связалась с ними и я. Историю спасения еврейских детей Светлана и ее племянники Татьяна и Владимир слышали от старшей дочери Екатерины Моспан - Лидии. В этой семье всегда считали, что по-другому Екатерина Моспан поступить просто не могла. С Еленой Горошкевич общались все, а вот встретиться с женщиной лично получилось только у Владимира. Так сложились его семейные обстоятельства, что он женился и с 1989 года проживает на исторической родине своей жены - в Израиле, и, как выяснилось, не так далеко от Елены Сергеевны.

- К сожалению, уже умерли брат и сестра Елены Сергеевны. А вот с ней мы поддерживаем отношения, созваниваемся, поздравляем друг друга с праздниками, - пояснил Владимир.

Он рассказал и о том, что Елена Горошкевич (по отцу) подала прошение о присвоении Екатерине Моспан почетного звания Праведник мира. Но получила отказ. Официальные лица посчитали, что не выполнен один из критериев: нет достаточных доказательств того, что, спасая еврейских детей, Екатерина Моспан действительно рисковала собственной жизнью. По словам Владимира, Елена Сергеевна очень переживает из-за этого отказа. В ее семье считают по-другому и чтут память о русской женщине, спасшей жизнь еврейским детям.

Автор: Н. Иванова

Опубликовано в газете «Приазовье»

Вернуться на ленту