Протоафипская: из прошлой жизни станицы Смоленской

Тихая кубанская станица Смоленская названа вовсе не в честь города, а в честь полка, воевавшего в этих местах. А изначально ее называли Афипской.

В мае 1864 года после окончания Кавказской войны на правом берегу реки Афипс (с адыгейского переводится как «Река Афы» — бога грома и молнии) была основана станица Афипская.

Первыми поселенцами здесь стали казаки из станиц Расшеватской (что на  Ставрополье), Новоминской, Стародеревянковской, Новодеревянковской, Новощербиновской. Одинаковые по сословию и статусу, на деле они оказались очень различны меж собой.

Переселенцы из Расшеватской и  других линейных станиц селились в центре. Из черноморских станиц — на окраинах. Поэтому в центре Афипской властвовал южнорусский говор, жители пели русские песни и сохраняли многие исконно русские обычаи. А на окраинах «спивалы» по-малоросски. Здесь царила «балачка» и восходящие к запорожским черноморские традиции.

Пишу это, и вижу, как знакомые с географией Кубани читатели пытаются мысленно представить, что же в Афипском могло бы полтораста лет назад считаться центром, а что окраиной. Если это произошло, то мне, вслед за историей, удалось вас обмануть. Станицей Афипской в 1864 году назвали тот населенный пункт, что сегодня называется станицей… Смоленской.

Тот же населенный пункт, который мы сегодня знаем как поселок Афипский, имеет более продолжительную и сложную историю. В 1830 году он был создан, как Георгие-Афипское укрепление. В 1855 году в ходе Крымской войны укрепление оставили и срыли, чтобы не досталось неприятелю. В 1865 возродили уже в качестве станицы с тем же названием. И наконец в 1958 году станица Георгие-Афипская была реорганизована в рабочий поселок Афипский, существующий и по сей день. Наша же «Афипская» Афипской пробыла совсем недолго.

В 1867 году по Кубани прокатилась волна переименования населенных пунктов. Затронула она и станицу Афипскую, которая 29 сентября приказом военного министра была переименована в Смоленскую, в честь участвовавшего в Кавказской войне Смоленского пехотного полка русской армии, дислоцировавшегося  в  этих  местах во время  действий в Закубанье Шапсугского отряда.

Жизнь станиц — тезок после этого развивалась по—разному. Стоящая  на оживленной трассе Георгие-Афипская, из военного укрепления превратилась в промышленный центр, каким поселок Афипский и является до настоящего времени. А расположенная в лесах аккурат посередине между краевым центром — Краснодаром, и районным центром — станицей Северской «Афипская» Смоленская — так и осталась тихим сельским населенным пунктом.

Так как Кавказская  война уже  кончилась, беды и достижения станицы Смоленской, как обычно на селе, во многом определялись погодой. После длительных дождей нередко выходил из берегов быстрый Афипс, что несло угрозу поселившимся слишком близко к берегу. В исторических документах до сих пор сохранилась фамилия казака Дмитрия Яковлева — в паводок волны Афипса застали его на мосту. Станичник утонул.

С другой стороны обильные дожди позволяли собирать хорошие урожаи до 100 пудов с десятины (примерно 15 центнеров с гектара  — немного по сегодняшним меркам, но неплохо для позапрошлого века).

В целом после окончания Кавказской войны люди жили тут в довольстве и покое. Например, вот как командующий войсками Кубанской области сообщал о жителях Смоленской (тогда еще — Афипской) вышестоящему начальству через два года после ее основания: «Здоровье переселенцев в удовлетворительном состоянии. Рогатый скот приболел, но падежа не замечено. Переселенцы не имеют недостатка в строительном материале…»

А вот как в мае 1914 году станичники праздновали 50-летие Смоленской. Приехало много высоких гостей: директор народных училищ Кубанской области, действительный статский советник М.С. Поночевнов, Представитель Отдела атамана Кубани войсковой старшина Косинов, секретарь «Кубанских Казацких вестей» Борец И.И. Их сопровождал попечитель двухклассного училища Смоленской есаул Ягодкин. Приехал так же духовой оркестр и впервые посетил Смоленскую фотограф. Причиной такого представительства знатных гостей отгадать было не трудно. Атаман станицы пообещал всем присутствующим устроить театрально представление. Вот что написал И. Борец в «Кубанских казацких вестях».

«За рекой Афипсом на лужайке у опушки леса ожидали нас 4 кибитки в походном порядке, в таком точно виде, как это было 50 лет назад, при переселении основателей станицы Смоленской. Когда мы на лошадях подъехали к этой «Живой картине» чрезвычайно умилительной и поучительной... на нас повеяло настоящей стариной.

Кибитки были запряжены волами, которых вели за поводья старики. Сзади привязана корова с телёнком. Одна кибитка, очевидно, была на стоянке. В треножнике люлька с ребенком, казачка-мать колышет сына, вблизи привязана курица с цыплятами, поросенок щиплет траву, стоит, опершись на рушницу, черноморец.

Закончены снимки, и мы возвращаемся в станичное правление, где в одном из зданий накрыт стол для стариков — первых переселенцев, основателей станицы, а во дворе другой стол для казаков.

Представитель Отдела атамана — войсковой старшина Косинов, сопровождаемый директором народных училищ Поночевным, есаулом Ягодкиным, и станичным атаманом подходят к старикам, поздравляют их с праздником, поднимают чарки за Государя Императора. В ответ прозучало: «Ура!».

И старики запели гимн «Боже царя храни!»

Тогда радовавшиеся полувековой мирной  жизни станичники еще не знали, что их идиллически спокойный быт вскоре будет перекручен Первой мировой, гражданской, а потом и Великой Отечественной войнами. Но это уже другие истории.

 

Вернуться на ленту